Создание и продвижение сайтов в Калининграде.
Создание сайтов.


Штурм Кёнигсберга

13 января 1945 г. войска 3-го Белорусского фронта начали наступление в Восточной Пруссии. Спустя две недели, 29 января, они вышли к окраинам Кёнигсберга. Однако лишь после того, как была разгромлена немецкая группировка юго-западнее Кёнигсберга, постоянно угрожавшая контрударом, а войска фронта были пополнены техникой и живой силой, наступила очередь самого города-крепости.

11-й гвардейской, 50-й и 43-й армиям предстоя­ло сходящимися ударами («звёздный штурм») рассечь немецкую оборону и ов­ладеть городом. 39-я армия должна была блокировать действия Земландской группировки немецких войск. Общая численность советских войск достигала 140 тысяч человек. Им противостояли пять неполных пехотных дивизий, несколько сборных «боевых групп», крепостные части и батальоны фолькштурма – всего около 100 тыс. человек. Однако советские войска имели подавляющий перевес в танках, значительный – в артиллерии, особенно крупных калибров и абсолютный – в авиации.

Оборона Кенигсберга состояла из трех оборонительных рубежей. Первый из них составляли пятнадцать фортов конца XIX в., окруженные рвами, часто заполненными водой. На их вооружении имелись артиллерийские орудия и минометы. Подступы к ним про­стреливались перекрестным артиллерийским и пулеметным огнем. Между фортами и перед ними были отрыты сплошные траншеи, противотанковые рвы, установлены минные поля. Вто­рой рубеж проходил по окраине и включал укрепленные ка­менные здания, и долговременные огневые точки из железобетона. Третий рубеж в центре города базировался на системе бастионов и башен XIX в. При этом каждое каменное здание являлось опорным пунктом, а улицы были заминированы и перекрыты баррикадами. На перекрестках, в парках и скверах были построены железобетонные ДОТы, поставлены в окопы танки и штурмовые орудия.

Штурм такой крепости требовал серьёзной подготовки. В марте был создан макет укреплений Кёнигсберга, на котором проводились занятия командиров корпусов и дивизий. Готовились и войска – пехотинцев учили преодолевать загражде­ния, вести бой в здании, блокировать и подрывать ДОТы и бункеры. Основной боевой единицей в городском бою становился штурмовой отряд. Он состоял из стрелковой роты, усиленной одним-двумя танками или самоходными орудиями, одним-двумя 45-мм орудиями, 122-мм гаубицей, взводом станковых пулеметов и 82-мм минометов, взводом саперов и отделением огнемётчиков. В каждой дивизии создавалось по де­сять таких отрядов.

С 2 по 5 апреля советская артиллерия большой и особой мощности обстреливала форты. Начало штурма планировалось на 5 апреля, но из-за погоды – плотного тумана, который препятствовал действиям авиации – было перенесено на сутки. В 9 утра 6 апреля, несмотря на туман, началась общая артподготовка. «В первые же минуты после огневого шквала город как бы исчез из поля зрения, погрузился в сплошное море дыма, пыли и огня. Среди всего этого дымного пламени можно было разглядеть в бинокль взлетающие в воздух куски бетона, бревна, листы железа, искоре­женные остатки военной техники», – вспоминал командующий инженерными войсками 11-й гвардейской армии М.Г. Григоренко. В 12 часов штурмовые группы всех армий пошли в атаку. Впереди них всегда шли сапёры, расчищавшие путь от мин и подрывавшие немецкие огневые точки специальными зарядами. В течение первого дня и последовавшей ночи атакующие смогли лишь блокировать форты и продвинуться на несколько километров вглубь городских кварталов.

7 апреля погода значительно улучшилась, и авиация стала действовать активно. В 13 часов в течение часа 516 бомбардировщиков 18-й воздушной армии сбросили на укрепления Кенигсберга 550 т бомб. Кроме того, над городскими кварталами постоянно висели советские пикировщики и штурмовики. Весь город был объят пламенем пожаров. Днём горы дымных облаков, толкаемые взрывами с земли, поднимались к небу, скрывали солнце, ночью пламя озаряло небосклон. Советские штурмовые группы продвигались вперёд, огнём оружия и в рукопашных схватках очищая от противника дом за домом. Они широко использовали артиллерию, миномёты, танки, поддержку авиации. Уже капитулировало несколько фортов. Части 43-й армии заняли Растхоф (пос. Воздушный) и Амалиенау (район ул. Кутузова). Части 11-й гвардейской армии заняли Понарт и вели бои за Розенау (Московский район). К вечеру после упорных боёв частями 1-й гвардейской Пролетарской Московско-Минской дивизии был занят Главный вокзал (Южный вокзал), на стене которого появилась надпись: «Здесь гвардейцы полковника Толстикова прошли первыми». Ночью части 18-й гвардейской стрелковой дивизии вышли к Прегелю и начали переправу. «Использовали все, что только могло держаться на воде: плоты, бочки, бревна, лодки, амфибии, огромные балло­ны, наполненные воздухом, качались на гребнях кипя­щей от разрывов реки. На плотах плыли пушки», – писал корреспондент «Правды» 16 апреля 1945 г. Все было именно так за исключением «кромешной тьмы» – горящие повсюду здания хорошо освещали реку, вода которой буквально кипела от пуль и осколков. Переправившись через реку, гвардейцы стали продви­гаться на север и к 14 часам 8 апреля соединилась с частями гвардии 43-й армии – 87-й гвардейской стрелковой дивизией в районе Амалиенау (район ул. Кутузова). Этим было завершено окружение кёнигсбергского гарнизона. Его положение стало безнадёжным. Утром 8 апреля капитулировал форт № 5, за взятие которого пятнадцать советских воинов было удостоено звания Героя Советского Союза.

В ночь на 9 апреля немецкие части, сосредоточившись у бастиона «Астрономический», предприняли попытку прорыва на Пиллау (Балтийск), но их атаки были отбиты. «9 апреля борьба вылилась в бои за отдельные опорные пункты. (…) успешно руководить войсками в условиях, когда улицы завалены обломками рухнувших зданий, было невозможно, – вспоминал позднее комендант гарнизона генерал О. Ляш. – Управлять боем с каждым часом становилось всё труднее, к тому же все средства связи были уничтожены, связь лишь кое-как поддерживалась через связных. Предоставленные сами себе, лишённые возможности маневрировать, защитники крепости из последних сил пытались удерживать свои участки и опорные пункты, рассчитывая лишь на оставшиеся боеприпасы. Бункеры были заполнены ранеными солдатами и жителями города».

9 апреля части 50-й армии, продвигавшиеся к центру, соединилась с 11-й гвардейской армией. Продвигаясь по Закхайму и Кёнигштрассе (Московский проспект и ул. Фрунзе) к центру города, части последней приблизились к Королевскому замку, который был занят вечером. Советские штурмовые группы уже находились в непосредственной близости от бункера коменданта гарнизона. «Всё чаще стали поступать сведения, что солдаты, укрывшиеся вместе с жителями в подвалах, теряют волю к сопротивлению, – вспоминал О. Ляш, – Кое-где отчаявшиеся женщины пытались вырвать у солдат оружие и вывешивать из окон белый флаг». Оценив обстановку как безнадёжную, комендант крепости О. Ляш в 19 часов вступил в переговоры о капитуляции. Советские представители прибыли в его штаб, и около 22.30 был отдан приказ о прекращении сопротивления. Однако отдельные немецкие части продолжали вести бои до утра 10 апреля. Тогда на башне «Дона» (Музей янтаря) был поднят красный флаг, что знаменовало собой взятие Кёнигсберга. В честь этого события 9 июня 1945 г. была учреждена специальная медаль – одна из четырёх медалей, учреждённых за взятие городов.

В годы Великой Отечественной войны только четыре человека были удостоены звания Героя Советского Союза, будучи полными кавалерами ордена Славы. Одним из них был Николай Иванович Кузнецов (1922-2008 гг.) – старшина, командир орудия 369-го отдельного истребительно-противотанкового артиллерийского дивизиона 263-й стрелковой дивизии, принимавший участие в штурме Кёнигсберга, а позднее – участник парада Победы в Москве 24 июня 1945 г. Кроме него высшей правительственной награды за штурм Кёнигсберга были удостоены 216 человек. Среди них помимо младшего лейтенанта Андрея Михайловича Яналова – командир батареи СУ-152 350-го гвардейского тяжёлого самоходного артиллерийского полка гвардии старший лейтенант Александр Анатольевич Космодемьянский (1925-1945 гг.) – брат известной партизанки Зои Анатольевны Космодемьянской, погибший уже после завершения штурма, 13 апреля 1945 г. А Михаил Алексеевич Булатов (род. в 1924 г.), именем которого названа улица Калининграда, до сих пор проживает в Курске.

При штурме Кёнигсберга погибли около 6,5 тысяч советских воинов. Памятниками их героизму сегодня служат многочисленные мемориалы и памятники Калининграда. Филиалами Калининградского областного историко-художественного музея являются форт № 5 и бункер коменданта гарнизона; в них развёрнуты экспозиции, посвященные событиям Восточно-Прусской операции.

 

Новиков Александр Сергеевич, 

специалист экспозиционного и выставочного отдела Калининградского областного историко-художественного музея

поделиться

Правительство Калининградской области

Министерство по культуре и туризму Калининградской области

Министерство культуры Российской Федерации

КУЛЬТУРА

Последние новости

Создание сайтов в Калининграде